Психолог в Москве Елена Громова. Семейный психолог-консультант нашего форума





Яндекс.Метрика
Главная arrow Библиотека arrow Евмений (Перистый), игумен. "Пастырское душепопечение и современная психотерапия. Пути интеграции".
Версия для печати

Пастырское душепопечение и современная психотерапия. Пути интеграции.

 

Игумен Евмений (Перистый)


Основная проблема пастырства - борьба за душу человека, а основная борьба на этом направлении, по словам старца Силуана, - это "борьба за смирение". По мнению множества древних и современных духовников, большинство психических заболеваний, в особенности невротического плана, происходят от неумения управлять своими желаниями и страстями. Современная психотерапия на основе научных исследований подтверждает эти слова, сказанные из глубокого опыта знания человеческой души.

Действительно, современный мир переполнен людьми с теми или иными отклонениями психического здоровья.

Традиционно роль целителей болезней человеческой души Православие отводило старцам, духовникам. А лучшими местами для самопознания и проработки внутренних затруднений, мешающих полноценной духовной и душевной жизни, издревле считались монастыри.
"Наука из наук - монашество доставляет (выразимся языком ученых мира сего) самые подробные, основательные, глубокие и высокие познания в Экспериментальной Психологии и Богословии, то есть деятельное, живое познание человека и Бога, насколько это познание доступно человеку", - пишет Святитель Игнатий Брянчанинов. 1

Монастыри были на Руси также и первыми обителями врачевания, вплоть до XVIII века.
"Пришедшие из Греции первые иноки принесли с собой не только врачебные знания, но и представление о врачевании как о подвижническом долге монахов. Раненые, больные различными недугами со всей Руси приходили в монастыри, и многие получали там исцеление. Для тяжело больных при монастырях были специальные помещения - больницы, где монахи ухаживали за больными.

И хотя отношения между светской и монастырской медицинами были неоднозначны, все же это была единая система медицинских знаний и медицинской помощи, которая, "несмотря на отдельные случаи антагонизма, была объединена единой христианской религией, единым идеалом - служением ближнему". 2

Несмотря на то, что первоначально господствовало религиозно-мистическое понимание всех психопатологических проявлений, психические болезни рассматривались как результат воздействия дьявола на душу человека или результат первородного греха; уже в те далекие времена наблюдается дифференцированный подход опытных духовников к психическим больным.
"Их пастырский опыт позволял разграничивать патологические состояния людей, возникшие под воздействием демонских искушений, и переживания, явившиеся результатом природных болезненных процессов в психофизическом организме человека.

Так, преподобный Иоанн Лествичник (VII) описывает признаки, по которым советует отличать "духовное прельщение" от душевных расстройств, развившихся "от естества". Основатель русского монашества преподобный Антоний Печерский (†1073) три года ухаживал за монахом, больным кататонией (психомоторным заторможением), рассматривая его состояние как болезнь, хотя и считал, что она возникла в результате прелести и воздействия злого духа". 3

Старчество обладало богатым потенциалом знаний не только о спасении души, но и о ее лечении. Старцы интуитивно, при содействии благодати Божией, прозревали человеческую душу и благодатным воздействием своего слова исцеляли, восстанавливали ее в душевно цельное состояние. Вот где берет начало логотерапия, лечение словом, произнесенным с любовью, пониманием, состраданием!

Издалека к старцам приходили люди самых разных сословий за советом, помощью, утешением. Об этой стороне христианской антропологии пишет один из любимейших христианских писателей - Святитель Феофан Затворник, переводчик "Добротолюбия", автор многих писем о христианской жизни, исполненных практических советов и особой отеческой задушевности, опирающийся в своем нравственном Богословии на христианскую психологию. 4

Не отрицая медицину и не препятствуя ее развитию, Церковь, со своей стороны, воспитывала христианское отношение к болезни, которое наделяло людей силами для перенесения страданий.
Однако, исходя из Евангельского принципа, она предлагала искать прежде всего Царства Небесного, а все остальное, по слову Спасителя мира, прилагалось само собой. Любой человек мог обратиться к Таинствам Исповеди, Причастия и Соборования, каждый мог прибегнуть к молитвам и молебнам о здравии как своем собственном, так и любого другого человека. В исключительных случаях, когда в ходе болезни явным образом проявлялось влияние сил демонических, использовались так называемые заклинательные молитвы.

Особое отношение проявлялось к людям, которые страдали душевными болезнями. В монастырях оказывалась действенная, практическая помощь тем, кого сейчас именуют душевнобольными. Зная о прямой зависимости душевного и телесного здоровья человека от нравственных принципов устроения душевной жизни, основанных на Евангельских заповедях, старцы и духовники могли оказать действенную психотерапевтическую помощь приходящим к ним за советом и благословением людям, которых в современной медицинской терминологии принято называть "невротиками", "социопатами", "акцентуи-ро-ван-ными личностями" и т.д. Совершенно естественно, что душевным попечением занимались те, кто главной своей заботой считали здоровье души и располагали уникальными знаниями о самой душе, о том, как посредством грехов и страстных проявлений, она лишается психического равновесия и даже физического здоровья, о том, как этим грехам противостоять.

Замечательная традиция подлинного духовно-душевного врачевания проявлялась как священническая и монашеская помощь нуждающимся, страдающим, больным людям, или просто тем, кто не справился, психически надломился в борьбе с непростыми жизненными обстоятельствами.

В начале нашего века традиция старческого и пастырского душепопечения была жестоко оборвана. Сегодня, несмотря на возрождение монастырей, открытие новых храмов, православные христиане испытывают острую потребность в опытном духовничестве и душевном врачевании. Опытном, в смысле видения человеческой души на самой ее глубине, с благоговейным, трепетным, нешаблонным и недирективным отношением к ее индивидуальности и неповторимости.


Каждый воцерковляющийся человек со временем подходит к такому пределу, такой черте, переступив которую понимает, что его душа серьезно больна. Высвечивается эта болезненность благодаря действию страшных сопротивлений, встречающихся в греховной природе человека на его пути ко Христу. Эта болезнь - болезнь собственно греховной природы каждого человека, естественна для всех. Но, кроме этого проявления болезненности, в Церковь приходит множество людей, душевное состояние которых можно охарактеризовать как душевную болезнь и с медицинской точки зрения.

"В наше время, - считает протоиерей Владимир Воробьев, - очень много душевнобольных людей. И в особенности их много в Церкви". 5

В сознании большинства из них, именно Церковь должна стать чем-то вроде постоянно действующего реабилитационного общественного института для душевнобольных людей. Люди ожидают от служителей Церкви психотерапевтической помощи, обращаются к священникам с вопросами, которые находятся в компетенции психиатра или психотерапевта. Главный врач одного из самых больших психдиспансеров Ивановской области в беседе с одним священником воскликнул: "Слава Богу, что открылось так много храмов, а то бы мы захлебнулись в потоке больных!".

В виду дороговизны лечения психических болезней и неврозов, в виду того, что в нашей стране не так уж много квалифицированных психотерапевтов, и среди них довольно небольшой процент составляют верующие врачи, перед современным пастырем стоит сегодня сложнейшая задача "быть не только пастырем, но и психиатром тоже".5

Безусловно, душевными болезнями должны заниматься профессионалы. Однако оказание начальной психотерапевтической помощи возможно и непосредственно священником, владеющим навыками и знаниями как из области святоотеческого душепопечения, так и из этой области. Тем более это важно, если больной закрыт для неверующего врача, не доверяет ему, считая, что "неверующий не может иметь правильных представлений о том, что происходит в моей православной душе".

В старческом окормлении присутствовал элемент благодатного, сверхъестественного воздействия и понимания человеческих проблем с духовной, т.е. наивысшей точки зрения. Большинство же современных священников благодатным ведением и видением человека, увы, не обладают. Пастырю имеющему здравое, а значит смиренное воззрение на себя, не помешал бы определенный уровень профессиональных знаний.

"Допустимо ли, - пишет архимандрит Киприан (Керн), - с точки зрения Православия говорить о психиатрии? Можно ли совместить этот предмет с основными принципами нашей, унаследованной от святоотеческого и церковного предания, этики и аскетики? Психиатрия ни в коем случае не претендует на те области, которые подведомственны аскетике. Эта последняя занята борьбой со страстями и грехом, тогда как пастырская психиатрия стремится проникнуть в те сферы душевной жизни, которые никак не могут быть квалифицированы как грех и зло. Аскетика дает мудрые, от отцов и учителей Церкви унаследованные, советы излечения грехов и пороков относительно гордости, уныния, сребролюбия, тщеславия, чревоугодия, блуда и т.п. Психиатрия ищет более специфические причины тех духовных состояний человека, которые коренятся в сокровенных тайниках души, в подсознании, в унаследованных или благоприобретенных противоречиях человеческого существа.

С точки зрения Православия и церковного предания, нет основания видеть какие-либо препятствия для применения психиатрических или психоаналитических данных в деятельности пастыря. Психиатрия нисколько принципиально не противоречит пастырству, не должна ему мешать или каким бы то ни было образом умалять значение пастырского душепопечения. В пастырствовании могут и должны быть применяемы все средства, чтобы помочь душам в их затруднениях на пути спасения. Пастырской психиатрии, как уже сказано, не должно быть усвояемо значение, равное аскетике, так как их области, хотя и являются смежными, но одна другую не исключающими, потому что психиатрия не вмешивается в область, подведомственную чистому богословию. Она ищет в тех сферах, где аскетика не имеет прямого применения. Психиатрия в руках пастыря является вспомогательным средством для обнаружения не греха, а патологических явлений, связанных с заболеваниями психиатрическими, т. е. душевными, а не духовными". 6

Список использованной литературы:


1 Святитель Игнатий Брянчанинов. Том первый. Аскетические опыты., стр. 480.
2 Б. Ковалевская. Психология и отношение к больному человеку, Московский Психотерапевтический Журнал, № 4, 1997 г., стр. 46-47
3 Настольная книга священнослужителя. Изд. Московской Патриархии, 1998, стр. 307.
4 П. А. Смирнов. Жизнь и учение преосвященного Феофана Вышенского затворника, стр. 191.
5 Прот. Владимир Воробьев. "Покаяние, исповедь, духовное руководство". "Свет Православия", 1997 г.
6 Архимандрит Киприан (Керн) "Православное пастырское служение".

 
< Пред.   След. >